Прима Берлинского государственного театра Яна Саленко анонсировала в Киеве масштабный гала-концерт при участии международных звезд балета. Само мероприятие запланировано на 21 октября и вызвало немалый интерес в обществе – ведь Саленко известная балерина, танцует не только в Германии, но и в Королевском балете Великобритании, в Мариинском театре, Театре оперы в Риме.

Яна обещает публике представить фрагменты своих лучших выступлений, привезти звезд мировой величины, а также подготовить несколько сюрпризов.

Пока в Берлине полным ходом идут репетиции, "Знай.ua" связался с Яной по Скайпу и побеседовал с примой.

Вместе со мной в ноябре в Киев приедут мои коллеги из Берлинского государственного балета премьеры Мариан Уолтер и Дину Тамазлакару, солист Берлинского государственного балета Аршак Галумян, премьер Баварского государственного балета Осьел Гунео, солист театра "Ла Скала" Тимофей Андрияшенко, прима-балерина театра "Ла Скала" Николетта Манни, премьер Парижской национальной оперы Матиас Хейман, премьер Королевского балета Великобритании Стивен МакРей. Это будет спектакль с участием мировых звезд, а также мой первый режиссерский дебют. О том, чем будем удивлять – пока умолчу, дабы сохранить интригу. Но будет праздник и будет весело. 

Балет – это дело наживное. Я сама родилась и выросла в Киеве, в многодетной семье. У меня четыре старших брата. Мама всю жизнь работала поваром в ресторане "Лыбидь", папа был официантом. Отец в молодости танцевал народные танцы и очень хотел, чтобы и я занималась. До танцев я и на коньках стояла, и хореографией занималась, даже в школе Дерюгиной была, пока однажды папа не увидел объявление в журнале о том, что ансамбль "Кияночка" набирает деток в танцевальные группы. Мы пошли вместе, и я показала свой номер. На меня очень странно там посмотрели и спросили: "Девочка, ты действительно хочешь быть балериной?" Я даже не осмыслила всю серьезность этого поступка, но сказала "да".

Популярные статьи сейчас

Синютка может отобрать мэрское кресло у Садового - последние данные экзитпола

Во Львове обвенчались ветеран АТО и известная волонтер: невеста в красном, жених - в коляске

"Увеличила до 5 размера?", - Ани Лорак блеснула роскошным бюстом в глубоком декольте

В семье Комарова из "Мира наизнанку" долгожданное пополнение, уже известен пол малыша

Показать еще

В детстве многие пробуют себя в балете, но бросают в первые же дни. А я привыкла еще в школе у Дерюгиной к дисциплине и физическим нагрузкам. Но оказалось, что балет - это не народные танцы и не бальные: там действительно трудно. Плюс ко всему, ведь там были девочки, которые с раннего детства занимались в балете и были куда проворней меня – мне было сложно что-то повторить за ними. Я чувствовала себя неуклюжей, да и до этого я не видела ни одной балетной постановки. Выручала преподаватель, постоянно повторяя, что у меня есть данные, и мне нужно работать. Поначалу были и слезы, и стертые до крови ноги. Но я почему-то не сдавалась. Видимо, уже тогда вырабатывался характер – чем сложнее были трудности, тем больше я сжимала зубы и упорно шла к своей цели. Так оказалось и в балете. Через несколько месяцев занятий меня начала хвалить мой педагог: у меня что-то начало получаться. Учитель сказала: девочки, посмотрите на нашу новенькую, она пришла несколько месяцев назад, а уже делает движения лучше, чем вы. Меня это здорово взбодрило. Оказалось, что у меня есть хватка.

Так, очень потихоньку, я пошла в балете – уже через год участвовала в украинском конкурсе. Только тогда я поняла, для чего были все мои мучения и чем я хочу в жизни заниматься. 

Чем раньше ты приходишь в балет, тем лучше. Если маленький ребенок активный, любит танцевать, его еще в детском садике можно отдать на танцы или на гимнастику – он будет привыкать к дисциплине, поймет, что такое работать над собой, а уже в младшем школьном возрасте можно думать о балетной школе. Официально девочки приходят в балетную школу в 10 лет и учатся там до 18-ти. Но это все очень индивидуально. 

В балетной школе мы здорово сдружились с ребятами, вместе ведь росли. И мне до сих пор приятно, что мои одноклассники танцуют – например, Виктор Ищук в Национальной опере. Многие разъехались по миру, но я всегда рада встрече с кем-то из своего детства в далекой стране – это словно увидеть брата или сестру.

Мне 34 года – свой возраст я не скрываю. Обычно балерины танцуют до 40 лет. Но если с телом все хорошо и есть еще силы – можно и до 50-ти.

Если балерина сделала карьеру – можно идти в педагоги, это сейчас очень востребовано. Я тоже иногда задумываюсь о пенсии и ловлю себя на мысли, что люблю деток и охотно занималась бы с ними, учила бы их любить балет. 

Балет – это очень трудно, и такие моменты, как деформация ног, стоп, позвоночника присутствуют в нашей жизни. Здесь очень важна балетная школа и опытный педагог – ведь с 10 до 18 лет, пока идет формирование организма, очень важно сформировать базу из тела для того, чтобы в дальнейшем танцевать. Тебя направляет учитель, учит, как и что делать правильно, как остаться при этом здоровым. То же и с поддержанием себя в форме: пока ты совсем юный –  не понимаешь, что можно съесть, а чего нельзя. Ведь на фигуре это не отображается, зато сказывается уже потом. Тут также важно, чтобы педагоги помогли, подсказали. Я уже в зрелом возрасте сформировала свой рацион, а до этого были диеты, и малокровие, и последствия. Мне в моей профессии важно питаться правильно, но не перегибать. Поэтому предпочитаю здоровую пищу, больше растительного, каш, поменьше мучного и жареного. Но полностью отказать себе в этом не могу – по приезде домой, к родителям в Киев, могу скушать кусочек маминого торта "Наполеон", например. Главное, держаться золотой середины, и у меня это получается. 

В 18 лет я выпустилась из балетной школы. Меня пригласили учиться в Питер, но родители не хотели отпускать меня так далеко. Поэтому я уехала в Донецк, в школу Вадима Писарева. А вместе со мной поехал и мой старший брат – родители отдали его специально на балет, чтобы он присматривал за мной. Так что он поехал за мной и в Донецк. В "Кияночке" у меня была педагог – представитель питерской школы, а в Донецке оказались представители московской школы.

Каждая школа – она уникальна и очень своеобразна. Но я могу сейчас сказать, что прошла русскую школу балета. На одном из конкурсов меня увидел балетмейстер-постановщик Национальной оперы Украины Виктор Яременко. Так я попала в Национальную оперу.

За границей я оказалась из-за любви. Участвовала в балетном конкурсе в Вене и встретила своего будущего супруга Мариана Вальтера, он также танцует в балете. Мы долго переписывались, общались, и я влюбилась. В итоге решили пожениться. Я уговаривала Мариана переезжать в Киев, и он даже был согласен. Мариан родом из Берлина, танцевал в труппе Малахова, и так получилось, что я уехала с ним, а не наоборот.

Супруг привел меня в труппу к Малахову. Владимир Малахов, как художественный руководитель, старается делать классический балет, а у меня все-таки классическая русская школа за спиной. 

Конкуренция есть всегда – когда я пришла, у всех в труппе были свои места, было довольно трудно пройти через все это. Но Малахов меня знал, еще когда я танцевала в Украине, он приезжал, бывал у нас в гостях, на спектаклях. Практически сразу он дал мне главную роль на весь сезон. Я была солисткой, но после первого выступления он подошел ко мне и сказал: будешь ведущей. 

Я всегда мечтала о муже-танцовщике. Моя профессия – это такой род деятельности, что лучше рядом иметь человека из этой же сферы. Посторонний просто не поймет меня: мою жизнь, мою работу. А Мариан, как танцовщик, понимает. Мы иногда танцуем вместе в спектаклях, но в театре нас стараются вместе ставить крайне редко – такова корпоративная этика. 

К жизни в Берлине я привыкла не сразу. Сперва я не понимала ни языка, ни быта, ни менталитета местных жителей. Доходило даже до смешного: однажды я вынесла мусор, и сосед заставил меня его достать из бака и рассортировать, потому что у них так положено. Очень понемногу я стала уживаться, помогал, конечно, адаптироваться муж. Язык учила с преподавателем, параллельно танцевала. Сейчас я уже 13 лет живу здесь, у нас с Марианом подрастает чудесный сын Марлей, у меня есть любимая работа. 

Считается, что балерина и беременность – вещи несовместимые. Переживания были, но желание быть мамой сильнее. Я танцевала до последнего, пока еще не было видно животика. Где-то на 3-м месяце доктор сказал, что мой живот слишком напрягается, и балет нужно прекращать. Мы планировали ребенка, поэтому я была готова. Несколько месяцев сидела тихонько, никаких занятий, танцев, стояний у станка, а где-то на 8-м месяце начала легонько подходить к станку – просто больше не могла сидеть на одном месте. После родов репетиции возобновила уже через две недели. И через два месяца я уже танцевала на полную. Возобновилась после родов я достаточно быстро – все-таки мой организм привык к постоянным нагрузкам. Так что для меня это не было большой проблемой. 

Мой сын Марлей пока к балету не проявляет интереса. Он играет на фортепиано, занимается гимнастикой и спортом. Мы решили не давить на него – пусть сам выберет себе занятие по душе. 

Мой брат, который занимался вместе со мной у Писарева, сейчас танцует в Японии, открыл там школу. Хотя в балет он пришел в 16 лет, родители уговорили присматривать за мной во время учебы в Донецке. Он очень большой талант, я считаю. 

Балет в Украине и в Германии отличается. Прежде всего репертуаром и стилем. Просто в Берлине много разных школ и разных их представителей. Например, из той же Франции, Италии, США. Когда все эти люди собираются и танцуют в одной постановке – каждый привносит в спектакль что-то свое, какую-то мелочь. Но опытный человек это замечает. Это очень интересно. В Киеве же все представители одной школы, но это не значит, что у нас плохой балет – просто он отличается. Ну и отношением за кулисами, конечно. В Украине можно сказать за кулисами танцовщику: ты плохо танцуешь, надо работать лучше. Здесь такого просто не допускается. 

В Германии с поклонниками все очень спокойно. Максимум, здесь могут подойти на улице, поблагодарить, попросить сфотографироваться вместе. Я никогда не отказываю. Но это редко. А вот в Италии ко мне подходили несколько десятков поклонников в день, все очень эмоциональные, просят автограф, фото на память. Приятно, что меня узнают. Самая необычная поклонница у меня была в Японии. Она присылала мне письма, следила за мной, просто приходила и стояла у театра. Немного жутковато было. 

Я слежу за событиями в Украине, ведь там живут мои родители-пенсионеры. Я звала их в Германию, но они наотрез отказались переезжать. Я стараюсь им помогать, насколько могу. Донецк мне не чужой город, я многое там знаю, по многим улицам гуляла, поэтому для меня все, что происходит, очень болезненно. В Европе чересчур много всего показывали об Украине, и я очень переживаю до сих пор. 

Самое трудное в балете, наверное, найти в себе золотую середину и просто делать свое дело, идти за своей мечтой, не обращая внимания ни на что и ни на кого. 

Я большая поклонница француженки, примы Сильви Гиллем. Десять лет тому назад я ее встретила и была в полном восторге. С удовольствием ходила бы на каждый спектакль Светланы Захаровой, Владимира Малахова, Дианы Вишневой – они для меня кумиры до сих пор. 

Со мной никогда не было таких интриг, как показаны в фильме "Черный лебедь". Мама меня научила с детства правильно относиться к сплетникам, интриганам и завистникам. Да и по натуре я такой человек, который не паникует. Иногда я лучше что-то обойду, а если мне мешают – просто уйду. Но были случаи, когда во время урока девушки говорили мне: это мое место, уходи. В основном, балет это такое искусство, где всю жизнь можно учиться, работать и даже половины всего не постичь. Так что всегда есть место усовершенствованию, этому нет предела и конца.

фото в тексте: Carlos Quezada, Ксения Орлова, Тина Бичкова, Ян Ревазов 

СохранитьСохранить