28 июля 1914 года Австро-Венгрия объявила войну Сербии. Это запустило цепную реакцию и в результате до 1918 года разные государства заявили об объявлении 55 войн, которые слились в одну Первую мировую войну. И завертелась мясорубка, которая унесла жизни около 22 миллионов людей и изменила лик старой доброй Европы до неузнаваемости. Портал "Знай" вспоминает то страшное время и размышляет о его сходстве с современностью.

Убили, значит, Фердинанда-то нашего

Именно этой фразой начинает роман чешского писателя Ярослава Гашека "Похождения бравого солдата Швейка во время мировой войны". Этим романом Гашек, фактически, вынес приговор всей войне, наглядно показав, какая это была жесткая и бессмысленная бойня, не нужная никому, кроме парочки европейских монархов.

Ровно за месяц до объявления войны у Австро-Венгрии появился серьезный повод для этого. 28 июня в Сараево активист прославянской организации "Млада Босна" Гаврила Принцип застрелил вероятного наследника австрийского престола, эрцгерцога Франца Фердинанда.

Ирония судьбы состоит в том, что Фердинанд был лидером группы австрийских аристократов и политиков, выступавших против войны и за мирное разрешение всех территориальных конфликтов. И после его смерти война стала практически неизбежна. Существует версия, что император Франц-Иосиф своего племянника просто подставил. Дело в том, что эрцгерцог приехал в Боснию наблюдать за военными учениями, которые австрийцы специально приурочили к национальному сербскому празднику Видову дню. Фактически, это было намеренным оскорблением, так что жизнь Фердинанда была под угрозой с самого начала.

Популярные статьи сейчас

В Италии погибла мама двух детей из Украины: нашли неживой на полу и подозревают ее бывшего

"Чизбургер с зубами": была обнаружена самая странная и жуткая рыба

Главные новости за 2 декабря: закрытие Украины из-за "Омикрона", человек под поездом в метро, госбюджет на 2022 год и "роднули" Златы Огневич

Украинцы все же получат 1000 грн от Зеленского - нардепы проголосовали "За"

Показать еще

Хотя все могло и обойтись. Активисты "Младой Босны" оказались на редкость плохими террористами. По плану член организации Неделько Чабринович должен был убить принца гранатой, но промахнулся. Не желая попадать в руки полиции Чабринович съел пилюлю с ядом, который почему-то сразу не подействовал. Неделько решил прыгнуть в реку и утопиться, но река оказалась слишком мелкой, так что террорист-любитель только сильно ушибся и наглотался воды. В результате его начало тошнить, и яд окончательно покинул организм, а подоспевшая толпа успела в довершение серба избить. Принципу с покушением просто повезло, он наткнулся на кортеж Фердинанда случайно и решил, что это шанс.

Но, как известно, джентльмены не нападают без предупреждения, так что автоматически война после убийства не началась. Еще месяц страны-участники "бросали перчатки": поднимали старые договора о союзе и военной поддержке (например Португалия вынуждена была вступить в войну на стороне Англии по договору 1386 года, о котором уже сама давным-давно забыла), прикидывали тактику и стратегию и слали друг другу разнообразные заведомо невыполнимые ультиматумы. А некоторые государства спешно определялись, чью сторону будет выгоднее занять. Тем не менее, всем было понятно, что война неизбежна.

Европейская гражданская война

Одной из отличительных черт Первой мировой войны стало то, что непосредственным участникам событий, солдатам и офицерам разных стран, делить между собой было, фактически, нечего. Это стало понятно еще в первый год войны на Рождество 1914 года, когда и на Западном, и на Восточном фронте были выявлены факты братания солдат воюющих армий. Немцы с французами и англичанами, поляки с австрийцами, и многие другие вместе выпивали, пели рождественские песни (они у всех на один мотив), играли в футбол и делились шоколадом.

У командования всех сторон конфликта зашевелились на головах волосы. Ведь так недалеко и до массового дезертирства, а то и до полноценных революций, если вдруг солдаты осознают, что воевать им нет нужды. Так что высшее офицерство пыталось пресекать подобные явление по мере сил и возможностей.

На этом примере небезынтересно сравнить уровень цензуры в прессе разных стран, которая писала о Рождественом перемирии. Самой либеральной страной в этом отношении внезапно оказалась Британия. Передовицы Daily Mirror и Daily Sketch пестрели совместными фотографиями английских и немецких солдат, вместе празднующих Рождество. Газета Mirror с грустью писала о том, что скоро Рождество закончится, и "абсурд и трагедия" начнутся снова. Даже в Times одобрили отсутствие ненависти между европейцами.

Немецкая пресса оказалась более подконтрольна властям, так что писала о спонтанном перемирии осторожно. Некоторые газеты прямо обвиняли солдат и офицеров в предательстве. Но больше всех удивила Франция, которая на тот момент уже давно была республикой, и с правами и свободами там дело должно было обстоять, казалось бы, куда лучше, чем в старых монархиях. Тем не менее, о Рождественском перемирии французские газеты молчали. Было запрещено публиковать фотографии, солдатские письма и другие свидетельства этого явления. Официальные лица государства выступили с заявлением, что любые братания с врагом равны измене, и вопрос был закрыт. Чуда не случилось, и война продолжила набирать обороты.

Итоги и выводы

Результаты Первой мировой войны известны. Три империи: Российская, Германская и Австро-Венгерская прекратили свое существование. Европу сотрясли революции, образования новых государств, усилились радикальные настроения даже в тех странах, для которых все закончилось в целом более-менее благополучно. Сотни тысяч ветеранов войны бродили по Европе забытые и никому не нужные. Стало понятно, что старому миру пришел конец и надо начинать жить как-то по-новому.

Сразу после окончания войны, европейская пресса часто писала о Первой мировой, как о войне, которая должна положить конец всем войнам. Казалось, что люди должны были осознать, что они натворили и сколько крови впитала в себя земля. Но этого не случилось.

Когда-то в 1796 году французский адмирал де Пан написал своему тезке журналисту Малле дю Пану, что сторонники монархии во Франции воспряли духом и опять постараются вернуть короля. Но их ждет поражение, ведь они "ничего не поняли и ничему не научились".

Эту знаменитую фразу адмирала можно повторить и в данном случае. Неспокойный межвоенный период, гражданская война в Испании, волнения в других странах и, наконец, Вторая мировая война, которая стала еще более кровавой и безразличной к человеческим жизням, показали, что человечество и вправду не сделало никаких выводов из случившегося.

Не сделало оно их и сейчас. Снова возникают территориальные претензии, снова большая политика и жажда наживы диктуют свою волю и заставляют людей убивать друг друга. Теперь и в нашей стране. И если многие солдаты Первой мировой хотя бы задумывались над тем, насколько им лично нужна война, то теперь ни о каких Рождественских перемириях нет и речи.

Закончится ли это когда-нибудь? Научимся ли мы чему-то? Вопрос риторический.