Режиссер Квентин Тарантино – это настоящий феномен мирового кинематографа. В каком бы жанре он не снимал свои фильмы, они всегда получаются о самом кино, как явлении. Тарантино влюблен в кинематограф, и вся жизнь режиссера крутится вокруг него.

Сегодня, 27 марта 2017 года, Квентину исполняется 54 года. В его случае - всего 54. Ведь он еще молод, полон сил и готов не раз порадовать зрителей. Тарантино остается интересным и очень живым человеком, который с удовольствием дает интервью, рассказывая о себе и своих взглядах на жизнь.

[video:https://www.youtube.com/watch?v=W9FQZeogYWE&feature=youtu.be]

Я никогда не встречал своего отца и никогда особо не хотел его встретить. Только то, что он переспал с моей матерью, не делает его моим отцом. У него было тридцать лет, чтобы повидать меня, но он вдруг решил это сделать, когда я стал знаменитым. Когда-то, когда я носил его имя, а он не появлялся, я думал: «Что ж, это даже круто. В этом есть стиль». Но эта чертова слава притягивает людей.

Когда я работал в видеомагазине, я слышал, как родители ругали детей за то, что те все время брали фильмы, которые они уже видели и любят. Ребенок думает: «Зачем брать неизвестно что? Возьму-ка снова эту кассету». Вот и у меня психология ребенка — мне нравится такой подход.

Мне всегда казалось, что я располагаюсь в двух универсумах. Есть нормальная вселенная Квентина, в которой для меня сосредоточено все удовольствие "кино-кино", но которая гораздо реальнее реальной жизни. Берешь весь смак жанрового кино, добавляешь специи реальной жизни, причем не так, как принято по правилам, и получаешь кайф. Это мир, в котором разворачивается действие "Бешеных псов", "Криминального чтива" и сценария, который я написал к "Настоящей любви". А еще у меня есть другая вселенная. Тут уже ничего нет от реальной жизни, тут все про кино. Эта вселенная реально существует только на экране, проецируется на экран. "Убить Билла" — первый фильм, который я режиссировал внутри этой вселенной, но мои сценарии к "Прирожденным убийцам" и "От заката до рассвета" тоже существуют в этом универсуме.

Популярные статьи сейчас

Никто не знал, что делать: в Одессе на берег выбросило "рогатое чудовище", жуткое фото

АТБ ошеломил "мастер-классом" по изменению цен в одну секунду, украинцы хохочут: "Охранник сгрыз"

"Так чей Крым?": всю "мощь" Путина показали одним фото

Киркоров резко похудел на 40 килограммов, Пугачева помогла

Показать еще

Диалоги, мать твою, — это моя фишка, сечёшь, нет? Это то, чем я занимаюсь! Я уважаю мнение людей, но выйти с моего фильма и сказать: «Слишком много диалогов», — это такая же тупость, как сказать это, посмотрев пьесу Теннесси Уильямса или Дэвида Хейра, мать их. Нельзя быть моим грёбаным поклонником и не любить моих диалогов. Между прочим, каждый мой фильм критиковали за то, что в них долгие скучные диалоги. Кроме, разве что первой части «Убить Билла», где сплошное мочилово.

Музыка и кино для меня тесно связаны. Когда я пишу очередной сценарий, одной из первых моих задач всегда оказывается поиск музыки, которая будет играть во время открывающей сцены

Большие Идеи портят кино. В кино самое главное — сделать хорошее кино. И если в процессе работы тебе в голову придет идея, это отлично. Но это не должна быть Большая Идея, это должна быть маленькая идея, из которой каждый вынесет что-то свое. Я имею в виду, что если ты снимаешь кино о том, что война — это плохо, то зачем тогда вообще делать кино? Если это все, что ты хочешь сказать, — скажи это. Всего два слова: война — это плохо. То есть всего три слова. Хотя два слова будет еще лучше: война — плохо. 

Когда обо мне стали писать, я узнал столько всего удивительного. Оказывается, я до смешного нелеп: слишком быстро говорю, слишком размахиваю руками. Так что теперь я думаю: «Ох, может, не стоит так быстро говорить?» или «Может, не стоит теребить волосы?» Я совершенно помешанный.

Я не считаю, что мой зритель глупее или ниже меня. Я — мой собственный и главный зритель

Мне нечего стыдиться — я пишу о том, что знаю, и считаю это своей версией правды. Мой талант отчасти именно в том, что мои герои разговаривают так, как разговаривают реальные люди в реальной жизни. И если я кому-то чем-то обязан, то только моим героям.

Вы включаете кино и в большинстве случаев знаете или как минимум догадываетесь, к чему все идет. Но есть фильмы, которые отказываются играть по правилам, и мои фильмы как раз такие: где-то грубые, иногда жесткие, но, в конечном счете, радующие глаз.

У меня нет оружия. И я не против запрета на ношение оружия. Уличное насилие в Америке запредельное. Когда приезжаешь в Европу, кажется, что сбежал от постоянного ощущения опасности. В Европе тоже убивают, но, по сравнению с Америкой, это детский сад. Хотя можно сказать, что запрет на ношение оружия — лицемерная идея. Америку основали люди со стволами в руках, которые просто брали что им понравится. Мы, в общем, нация воинов. Мы легко заводимся, и иногда по делу.

Я не ходил в киношколу, я ходил в кино.