"Чехия не примет больше ни одного беженца, который переправляется в Евросоюз через Средиземное море, потому что принимает людей с Украины", – так премьер-министр Чехии Андрей Бабиш конце августа объяснил прессе нежелание своей страны участвовать в программе Евросоюза по релокации беженцев из Азии и Африки, передает "Европейская правда".

Высказывание о принятых "тысячах украинских беженцев" впервые прозвучало в Польше во время парламентской кампании 2015 года. Политики партии "Право и справедливость" (Пис) выступили с резкой критикой Willkommenspolitik канцлера Германии Ангелы Меркель и решения правительства "Гражданской платформы" участвовать в программе релокации сирийских беженцев. Представители Пис утверждали, что беженцы могут принести экзотические болезни, начнут исламизировать Европу и разрушать традиционные ценности.

Тогда и возникла тезис о "настоящих беженцах" – украинцах, которые приезжают в Польшу после аннексии Крыма и начала войны на Донбассе.

Брюссель скептичен к подобным заявлениям, а вот ультраправые силы на местах используют их для раскрутки антимиграционных настроений.

Популярные статьи сейчас

Пока пылает Чернобыль, киевляне жарят шашлыки - у пожарников сдали нервы, видео

Зеленская запускает онлайн-школу, ПриватБанк предупредил о кредитах, а продукты взлетели в цене - главное за ночь

Карантин обвалил цены на продукты — "сладкая" жизнь в горькие времена

Выпал из окна - влиятельный бизнесмен покончил с жизнью прямо в центре столицы, что известно

Показать еще

Приехал – значит, беженец

Действительно, с 2014 года наблюдается рост миграционных потоков из Украины в ЕС. По оценкам украинского Госстата, 1,3 млн украинцев в 2015-2017 годах хотя бы раз выезжали на работу за границу, в основном – в Польшу. Если в 2013 году менее 20 тысяч имели разного типа разрешения на проживание в Польше, то в 2015-м эта цифра возросла до 50 тысяч.

С 50 тысяч и начался "аукцион". Уже осенью в публичном пространстве прозвучала информация о 100 тысячах беженцев из Украины. После парламентских выборов в октябре 2015 года заговорили о полмиллионе.

Тема стала международной, когда 20 января 2016 года премьер-министр Польши Беата Шидло во время слушаний в Европарламенте заявила, что ее страна не в состоянии принимать сирийцев, поскольку уже приняла миллион украинцев. Хотя премьер не ссылалась на какие-то конкретные данные, несложно понять: в правительстве просто суммировали все вида на жительство и визы, включая краткосрочные шенгенские, выданные украинцам за предыдущий год. То есть данные о туристах и экономических мигрантах.

Всех граждан Украины, которая переживает непростые времена, автоматически записали в искатели международного убежища.

В ситуацию вмешалась украинская дипломатия. Посол Андрей Дещица заявил, что слова премьера не соответствуют истине, украинцы в Польше – это трудовые мигранты, налогоплательщики и студенты, а не получатели помощи. Но на этом вопрос не был исчерпан.

О миллионе украинских беженцев в 2016-2017 годах неоднократно заявлял министр иностранных дел Витольд Ващиковский. Действующий премьер Матеуш Моравецкий уже в первый день пребывания на посту в декабре 2017 года подчеркнул, что "принимая украинских беженцев, Польша помогает разрядить напряженность на восточном фланге Евросоюза". Политик и сегодня не отказывается от этой риторики.

При этом польская власть всячески подчеркивает рост количества разрешений на работу и видов на жительство, которые выдаются гражданам Украины: только за первое полугодие 2018 года украинцы получили 110 тысяч разрешений на начало сентября 170 тысяч имеют действующие вида на жительство. Более чем полмиллиона платят взносы в фонд социального страхования.

Похожая ситуация в Чехии – как сообщает Украинская служба ВВС со ссылкой на Министерство внутренних дел Чехии, украинцы составляют почти четверть среди иностранцев, имеющих различные формы разрешений на проживание в Чехии – 122 тысяч из 543 тысяч. Еще около 70 тысяч украинцев находятся в стране по рабочим визам.

И хотя отношения Праги с Брюсселем выглядят не так драматично, как Варшавы и Будапешта, Андрей Бабиш не забыл использовать украинских мигрантов, чтобы усилить свои позиции перед переговорами с лидерами Италии и Мальты, которые страдают от миграционного кризиса и требуют помощи всех стран ЕС.

Сколько в Польше и Чехии украинских беженцев?

Действительно, в 2014 году количество украинских заявителей на статус беженца как в Польше, так и во всем ЕС резко увеличилось по сравнению с предыдущими годами. Если в 2013-м о международной защите в Польши просили 46 граждан Украины, то в 2014 – 2253 (вторая по численности группа после русских).

С 2015 года эти цифры начали снижаться, на 31 августа 2018 года глава Управления по делам иностранцев Польши ведет 256 дел по вопросу предоставления международной защиты гражданам Украины. 25% аппликантов приехали из Донецкой и Луганской областей, 3% – с Крыма.

Стоит отметить, что далеко не все просьбы о статусе беженца рассматриваются – менее 20% проходят первичную верификацию. Совсем скромно выглядят данные о тех, кто получил международную защиту: в начале 2016 года, когда Беата Шидло говорила о "миллионе украинских беженцев", на самом деле лишь двое людей получили этот статус. Еще шесть получили разрешение на пребывание по гуманитарным причинам, 18 – дополнительную охрану.

Тенденция изменилась лишь в 2017 году – тогда различные формы международной защиты получили более 250 граждан Украины.

В Чехии можно наблюдать похожую картину. В 2017 году украинцы стали первой национальной группой по количеству обращений – 435 с 1450. Большинство заявлений отклоняются чешской властью после первичной проверки. Статус беженца в Чехии в прошлом году получили 8 граждан Украины, еще 25 – дополнительную защиту. Всего в 2007-2017 годах Чехия предоставила статус беженца 127 гражданам Украины, дополнительная защита – 380.

При этом только в 2017 году Италия получила от иностранцев более 130 тысяч заявок на статус беженца и признала различные формы международной защиты для 34 тысяч, Греция получила 58 тысяч заявок и выдали соответствующие документы 10 тысячам, Германия – 222 тысячи заявок и 280 тысяч положительных решений.

Надо... больше украинцев?

Польша и Чехия в последние годы могут похвастаться замечательными темпами роста экономики – по данным статистической службы Европейского Союза, чешский ВВП под конец прошлого года рос со скоростью 4,9%, сейчас – 2,7%, польский – в районе 5%, безработица находится на рекордно низком уровне – 2,3% в Чехии и 3,5% в Польше.

Подобные показатели совместно с низкой рождаемостью и старением населения не оставляют другого выхода – полякам и чехам нужны мигранты.

По самым скромным оценкам, до 2030 года только на польском рынке будет дефицит от 3 до 5 млн рабочих рук.

Чехи уже повысили квоту национальных виз с правом на работу, которые выдаются украинцам. Как сообщило МИД Чехии в январе 2018 года, теперь консульства в Украине будут выдавать на 800 рабочих виз в месяц больше. Объявление последовало вслед за обращением Союза работодателей Чехии и чешской Конфедерации промышленности, согласно которым в стране существует около 132 тысяч незакрытых вакансий, и набрать на них персонал без привлечения мигрантов невозможно.

За два года до этого Прага уже упростила выдачу виз украинцам, кто едет работать за техническими, инженерными или IT-специальностям. Сейчас в чешском обществе довольно живо обсуждают тему упрощенной нострификации украинских медицинских дипломов.

Тоесть, с одной стороны, правительство приглашает украинских работников, а с другой – пытается представить выдачу им разрешений на работу как акт гуманитарной помощи.

Политика польского правительства в отношении мигрантов также непоследовательна. Последний год Пис работает над новой миграционной политикой, целью которой должно быть привлечение долгосрочных трудовых мигрантов уже не только из Украины, но и из стран Центральной и Юго-Восточной Азии. В прессе обсуждается возможность ускорения процедуры предоставления ПМЖ и гражданства, упрощенного трудоустройства для супруг и тех, у кого уже есть разрешение на работу.

Подобная двойственность – с одной стороны, жалобы на необходимость принимать "беженцев", с другой – активная выдача разрешений на работу, нередко приводит к курьезным ситуациям.

Павел Хоронжий, еще недавно вице-министр развития и инвестиций Польши, в своем ведомстве проталкивал идеи открытости в миграционном вопросе. Представить их он пришел 31 августа до варшавского Ягеллонского клуба.

На встрече вице-министр не сказал ничего, что бы регулярно не повторяли экономисты и эксперты: как бы Варшава не старалась, ей не удастся добиться массового возвращения эмигрантов из Западной Европы, а репатриация поляков из Казахстана или России тем более не решит проблем – это люди старшего поколения, которые по своей ментальности больше напоминают homo soveticus, чем жителей современной Польши. Трудовая миграция – это шанс для польского общества. Вопрос лишь в том, как грамотно выбрать страны, откуда приглашать иммигрантов.

Однако слова министра стали причиной бури в правом сегменте польского Twitter: ультраправые из Национального движения и Всепольской молодежи обвинили Хоронжого в том, что он ставит интересы "приспешников" выше интересов этнических поляков. На следующий день от слов коллеги открестился министр внутренних дел Йоахим Брудзиньски – мол, его ведомство никаких послаблений не планирует.

Уже 14 сентября Хоронжого лично уволил премьер Моравецкий. По мнению главы Кабмина, его подчиненный слишком увлекся прогрессивными взглядами, тогда как не забота о комфорте иностранцев, а возвращение эмигрантов и репатриация – вот приоритеты правящей партии.

Поле конфликта

В Брюсселе не относятся серьезно к попыткам Праги и Варшавы представить выдачу разрешений на работу украинцам как свою лепту в разрешение миграционного кризиса ЕС. К тому же Еврокомиссию сегодня гораздо больше беспокоит польская судебная реформа и санкции против Венгрии. С отказом стран Вышеграда принимать беженцев Старая Европа почти смирилась.

Другое дело, что рассказы об "украинских беженцах" помогают Польши и Чехии подогревать антииммиграционные настроения на местах.

Электорат правых и популистских партий, который уже привык, что их лидеры унизительно отзываются о приезжих, теперь трудно воспринимает необходимость приглашения мигрантов для развития экономики. Чувствуя себя обманутыми, избиратели поглядывают в сторону ультраправых.

В Польше ситуация выглядит особенно неспокойно: здесь в коктейль к "помощи украинским беженцам" ультраправые охотно добавляют риторику про "украинцев, которые забирают у поляков работу" и "сторонников Бандеры".

Сегодняшние баталии, правда, пока эффектнее выглядят в интернете – на последний антиукраинский митинг Лагеря радикальной Польше во Вроцлаве не пришло и десятка участников. Хотя исследователи отмечают постоянный рост как преступлений на почве национальной нетерпимости, так и использование языка вражды в публичной сфере.

В Следующем году на Польшу ждут парламентские выборы, и наверняка миграционная политика будет одной из центральных тем кампании. Тогда политическим партиям придется определиться, кем же являются украинцы – беженцами или мигрантами, и кто в ком больше нуждается - они Польше или Польша их.

Напомним как украинцы получают карту поляка и что она дает.

Как сообщал ранее портал "Знай.ua", работа украинцев в Польше резко подорожала.

Также портал "Знай.ua" сообщал о том, что в Польше посчитали сколько зарабатывают и тратят украинцы.